Мы налаживаем и развиваем связи с клиентами, СМИ и общественностью уже более 18 лет

ПОТОМУ ЧТО ВЫ ВСЕ ПЬЯНИЦЫ И ВОРЫ, РАЗВРАТНИКИ, БЕЗДЕЛЬНИКИ, ТУПИЦЫ!

Сегодня утром мне перезвонил известный предприниматель и сказал: «Янек, вчера не успел позвонить – понимаешь, все в Эстонии заняты уборкой в столе!» Замечание было ироничное, но меткое. Все, у кого в Эстонии есть какие-то дела, переживают, что их телефоны прослушивают – вдруг они скажут что-то не так. Это не страх сделать что-то неправильно, а опасение неверного толкования.

Конечно, в Эстонии гораздо больше коррупции, чем становится известно общественности. Нечестность, умышленное избегание налогов – вплоть до краж. И ментальная коррупция – сознательная и подсознательная благосклонность к друзьям и знакомым.

Ментальная коррупция цветет открыто (друга опять назначили на новую должность!), за это никого не сажают в тюрьму. Участники ничего не говорят и не делают, но они благоволят друг к другу.

Министрами и чиновниками высшего уровня становятся люди, с которыми у тебя свои счеты. Так и в бизнесе – рекомендатель не всегда объективен. Точнее – никогда. Поэтому все, что тут у нас происходит, кажется кому-то подозрительным или очень подозрительным. Но этого невозможно избежать, потому что доверяют только тем, с кем есть эмоциональная связь. Тем, кого любят. Тому, кого ненавидят, не достанется работа, даже если это самый лучший, эффективный и дешевый вариант. В Таллинне Эдгара Сависаара любят, на Тоомпеа ненавидят.

Партии не терпят идиотов


Вчерашняя новость не сильно удивило общество. Я помню, что во время скандала с российскими деньгами в Ратуше проходил рождественский прием мэра Таллинна Эдгара Сависаара, куда меня пригласили в качестве президента Европейской конфедерации шашек, и там собралась настоящая элита. И сейчас Сависаар сказал, что на него напали, потому что он двумя ногами вернулся в политику. Мощная фигура. Сторонники вдохновлены. В Эстонии как будто бы идет постоянная война между мусульманами (черными партиями) и христианами (белыми партиями), и в любом случае нужно выбрать одну из сторон баррикады. Нельзя быть идиотом (в сенате Древнего Рима – воздержавшийся).

В Эстонии элиту (и разумеется, народ, но это не так ярко выражено) заставляют выбирать одну из сторон – ты за Сависаара или за Рыйваса. Предприниматели не хотят быть рабами Центристской или Реформистской партии. Поэтому некоторые поддерживают обе одинаково. И невольно становятся слугами и тех, и тех.

Партии, имеющие власть (как на Тоомпеа, так и Таллинне), очень сильно давят. Если ты не с нами, значит, ты против нас. Предприниматели хотят быть свободными. Они ищут возможности зарабатывать, но власти часто являются препятствием. Ну не утвердят эту детальную планировку, как ни крути. Время идет, деньги горят. И тут в игру вступают различные способы влияния. Не все из них являются криминальными, но некоторые – да.

Физическое и моральное одолжение


В данном скандале есть те, кто выбрал свою сторону, и оказался смешон. Есть те, кто злорадствуют, и те, кто бросаются на амбразуру. Премьер-министр Таави Рыйвас говорит, что даже одно подозрение – это серьезный удар по имиджу Эстонии, но некоторые имена проходят и через список сторонников Партии реформ. Многие обычные люди чувствуют, что дело не в репутации Эстонии, а в репутации государственного управления. Она плохая. Согласно результатам расследования, фактическая коррупция в Таллинне действительно встречалась неоднократно, и людей сажали в тюрьму. Тоомпеа – это по-прежнему Мекка ментальной коррупции. Вне зависимости от того, кто там правит. Своим потворствуют, дают работу и тд. Это разрушает государство не меньше, чем наполнение своих карманов. КАПО должно заниматься обоими видами коррупции.

Вероятно, необходимо принять закон, который позволит расследовать и ментальную коррупцию. Одним из саркастических примеров является грустное заявление Свена Миксера о том, как он сел на заднее сидение автомобиля, а она не поехала. Новый руководитель Евгений Осиновский благоволил к своим. И отстранил нелояльных. В бизнесе это называется управлением.

В Эстонии политики часто работают за зарплату, а не из любви к филантропии. Но нужны и те, и другие. Людей, чьи кредиты исчисляются сотнями тысяч евро, а зарплата едва покрывает долговую нагрузку, легко соблазнить.

Я помню, как мой бывший начальник, руководитель Ühispank Айн Хансшмидт сказал: «Их интересую не я, а моя подпись». В случае с Сависааром и другими влиятельными государственными чиновниками понятно, что их подпись стоит миллионы, хотя они c этого ничего не получают. Так было и в Таллиннском порту.

Большие деньги и серьезное влияние влекут за собой крупные риски. Я не верю никому, кто утверждает, что не сделал бы никогда ничего противозаконного или неэтичного, находясь на том же посту. Может быть, нет, а может быть, да. Примеров много. Например, ложь молодых политиков перед выборами на тему компенсаций. В Рийгикогу появилась свежая кровь. И их руки сейчас полны золота.

Идеализирование законодательства тоже под вопросом. Законы – это общественный договор о том, как мы будем тут жить. Порядок. Но в пропагандистских целях у нас принимают законы, которые нужно тут же менять. Они создают не порядок, а беспорядок. Они направлены на чьи-то (частные) интересы. Но бороться против них тяжело. Поэтому вокруг так много ментальной коррупции. Всегда найдется кто-то, кто знает кого-то, кому выгоден тот или иной поворот. И он отстаивает это. Двумя ногами.